Шакко (shakko_kitsune) wrote,
Шакко
shakko_kitsune

8 знаменитых картин про Ивана Грозного: изучаем русскую живопись

Из прижизненных изображений Ивана Грозного известны, кажется, всего два: фреска «Иван Грозный с боярами» в росписи Собора Успения Божией Матери на территории Свияжского Богородице-Успенского мужского монастыря и чеканный портрет на серебряной новгородской копейке. Так что живописцы последних пяти столетий, писавшие царя, опирались только на свое воображение. И всякие легенды, ходившие о царе. В том числе, самые неправдоподобные.

Неизвестный художник. Парсуна «Иван IV», конец XVII – начало XVIII в.



Судя по всему, самый древний и похожий из сохранившихся портретов царя. Все остальное — «воображаемые» портреты, написанные намного позднее. Ну что поделать — не было на Руси хорошей портретной живописи. Изображение похоже на икону — такие портреты называются «парсуной», от слова «персона». Сходство добавляет греческая кровь царя, ведь его бабушка была Палеолог, от нее он и унаследовал большие темные глаза и нос той самой формы, которую часто можно встретить на иконах.

Картине повезло дойти до наших дней, потому что хранилась она не в России. В 1677 году царь Федор III Алексеевич преподнес ее в качестве подарка датскому королю. Так парсуна попала в Национальный дворец Дании, где прекрасно себя чувствует. Впрочем, некоторые учёные вполне правдоподобно доказывают, что эта парсуна -- подделка конца 19 века на основе иконы с изображением лысоватого апостола Павла.


Григорий Седов. «Иван Грозный любуется на Василису Мелентьеву», 1875 год



На вопрос, сколько всего было жен у Ивана Грозного, есть четкий ответ. Четыре. Потому что православная церковь разрешает венчаться только трижды. Но поскольку третья супруга царя умерла чуть ли не наутро после свадьбы, его «по блату» обвенчали и в четвертый раз, так как он клялся, что пальцем не успел к ней притронуться. Все остальные «жены» — чистой воды наложницы и фаворитки. Кстати, и Мария Нагая, мать Дмитрия Угличского. Так что права Лжедмитрия на престол были уже совсем сомнительными, даже если б он был подлинным.

На этой картине изображена шестая «жена», Василиса, вдова Мелентьева. По легенде, чтобы получить красавицу, царь приказал ее мужа зарезать. Закончилось все тоже плохо — через два года идиллии Иван застал Василису с любовником. То ли ее после этого заточили в монастырь, то ли похоронили заживо — точной информации нет, одни байки. Художник выбрал счастливый момент — Иван еще влюблен, еще не обманут и любуется на спящую красавицу. Но и это все фальсификация! Скорей всего, все сообщения об этой женщине сочинили "историки" 19 века: не было никакой Василисы и не закапывал ее царь заживо. Просто любили вокруг его фигуры черный пиар разводить.

Александр Литовченко. «Иван Грозный показывает сокровища английскому послу Горсею», 1875 год



Старый уже царь, сидя в сокровищнице, хвастается перед английским посланником своими богатствами. Иван Грозный хотел от Англии не только выгодной торговли: он к Королеве-Девственнице сватался, как и прочие европейские монархи. Елизавета Тюдор, однако, отказала. Наверно и потому, что брачные привычки потенциального жениха уж слишком напоминали обычаи ее собственного отца Генриха VIII.

Горсей был не только послом и купцом, но и шпионом своей королевы. Русским царям он тоже помогал, чем мог, — например, уже после смерти Ивана Грозного привез для жены Федора IИоанновича из Англии профессиональную акушерку. Впрочем, бояре заграничной медицины — колдовства какой-то «еретической дохторицы» — не одобрили, и несчастную женщину арестовали в Вологде. Царица так и не смогла благополучно разродиться — внуков у Ивана Грозного не появилось. У Горсея в итоге все было хорошо — он вернулся в Лондон, получил рыцарский титул и стал членом Парламента.

Обратите внимание на роскошный натюрморт из сокровищ в левом нижнем углу картины, рядом с шутом, — Литовченко проводил часы в Оружейной палате, зарисовывая с натуры русское золото.

Илья Репин. «Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года», 1883–1885 годы



Иван Грозный прижимает к себе тело сына, которого убил в припадке гнева. Говорили, что они поссорились из-за невестки, которую царь застал в неподобающем наряде. Царевичу пришлось встать на защиту жены — за что он заработал удар посохом по голове. Репин запечатлел момент, когда царь в ужасе понимает, что натворил.

В Российской империи изображать монарха в момент преступления было нельзя. Цензура полотно выставлять запретила. Однако ненадолго, и после разрешения публика в Третьяковскую галерею повалила валом. Картина очень эффектная, а в эпоху до возникновения кинематографа она вообще шокировала. В 1913 году один сумасшедший иконописец даже изрезал ее ножом. Пришлось восстанавливать. Третьяков пригласил Репина написать заново изрезанные лица. Но стиль Репина за двадцать лет сильно изменился. Тайком, чтобы художник не обиделся, смыли его поновление и нарисовали лица заново, по фотографии. Кстати, для Грозного позировал художник Мясоедов, а для царевича — художник Менк.

Кстати, смешно говорить, но никаких доказательство того, что царь действительно убил своего сына -- нет. Весь этот слух пошел от одного злобного иностранца. И крепко укоренился.

Виктор Васнецов. «Царь Иван Васильевич Грозный», 1897 год



Пожалуй, самое парадное и величественное изображение этого царя в русской живописи XIX века. Это связано с настроением Васнецова в то время, когда он писал картину. Художник, «влюбленный» в допетровскую Россию, как раз только переехал в Москву и был ошеломлен волшебной стариной столицы, сохранившимися теремками, церквушками. Он плакал от радости и обнимался со своими спутниками, гуляя по Москве.

Поэтому и Иван Грозный у него не такой уж и страшный, а скорее даже великолепный. Настоящий властитель великого государства. Рассмотрите блистающее во мраке золото его облачения: сначала Васнецов хотел одеть его в белый наряд с васильками (сохранился даже этюд), но потом выбрал нечто более торжественное. Лестница, на которой стоит царь, похожа на узкий переход внутри Храма Василия Блаженного, построенного Грозным. Однако это просто собирательный образ, вымышленный интерьер московского терема.

Николай Неврев. «Опричники», 1904 год



Очень любил царь Иван всякие шуточки, розыгрыши и переодевания. Правда, маскарады всегда у него выходили какие-то мрачноватые. Вот и на этой картине — история с печальным концом. На троне в шапке Мономаха и серебряной парче сидит совсем не Иоанн Васильевич, а боярин Иван Петрович Федоров-Челяднин. А сам царь склоняется перед ним в поклоне.

Дело в том, что подозрительный Иван услышал о престарелом князе нехорошее. Будто тот собирается занять его престол. Вот и посадили несчастного Федорова на трон, дали ему скипетр и державу. Иван склонился перед ним, а потом со словами «Ты хотел занять мое место, и вот ныне ты, великий князь, наслаждайся владычеством, которого жаждал!» ударил его ножом и убил. (На картине он еще прячет нож за спиной). Можно даже не уточнять, что об этой истории известно лишь из сочинений одного иностранца, изданного злобными поляками.

Михаил Клодт. «Иван Грозный и тени его жертв», конец XIX века



У автора знаменитых коней на Аничковом мосту был сын Михаил Клодт. Один из организаторов общества передвижников и автор характерных для них работ, живописующих убогий надломленный быт бедных слоев общества. Написал он и несколько полотен на исторические сюжеты, в том числе и на этот — достаточно непривычный.

Однако легенда о том, что к царю Ивану являлись души его жертв, действительно существовала. Уж насколько она старинная, не ясно. Но совесть царя точно мучила. Есть даже доказательство — т. н. «Синодик опальных», который царь под конец жизни разослал по церквям и монастырям. В него включено множество имен убитых людей, за которых царь просил молиться. Одних новгородских дворян указано несколько сотен человек.

Клавдий Лебедев. «Царь Иван Грозный просит игумена Кирилла благословить его в монахи», 1898 год



Почти все русские цари и великие князья были монахами. Иногда, правда, в течение минут десяти. Такой был обычай: чувствуя приближение смерти — не только исповедоваться и причаститься, но и принять постриг. Некоторые, правда, не успевали — если смерть была внезапной. Иван Грозный, однако, готовился к этой мысли заранее. Он был человек религиозный, боялся Бога, страдал от мук совести. И однажды, будучи далеко на севере, в Кирилло-Белозерском монастыре, рухнул перед игуменом на колени, умоляя свершить обряд.

Но в итоге ничего из этого не вышло. Царь остался царем. И умер он внезапно, играя в шахматы. Говорят, от удара — а может, и отравили его.
(с) текст написан в 2012 году для
спецпроекта TimeOut
http://ivan-grozny.timeout.ru/

Tags: цари
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 75 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →