September 6th, 2012

1 dress

Осеннее обострение наступает - прямо по календарю.

Вчера в троллейбусе "Б" у Крымского вала, на закате, бабка лет шестидесяти проклинала всех женщин, ехавших рядом и носивших брюки.
"Прав, прав был философ Владимир Солоухин! -- восклицала она.-- Вы все твари и суки!".
Из дальнейших возгласов было ясно, что брюки женщины носят по прямому наущению Американского Госдепа, который совратил Русских Женщин, кажется, взятками, а то и чего похуже.
Троллейбус вокруг радостно ржал, впрочем, настороженно отодвигаясь от бабкиной клюки.

Сегодня в аналогичном троллейбусе "Б", утром - не прошло и суток - когда я созерцала "Распутин" и "РИА" и мечтала о кофе с корицей, ко мне подвалил хлопец лет двадцати, небритый и вонючий, не москвич, но славянско-посконный. Он потребовал от меня, чтобы я освободила ему место у окошка.
Со всей добротой, обычно свойственной мне до приема утренней анестезирующей дозы с корицей, я злобно ответила "НЕТ".

Тогда он уселся напротив, развалился, и начал с монотонностью волынки рассказывать историю, как он шел, как у него попросили закурить, как дали по голове, отобрали деньги-документы, скинули в канализационный люк и почему-то завязали глаза, а не одолжите денег, а где Арбат. Я пронзила его фирменным взглядом, сказала, что Арбат в противоположном направлении и сказала "отвали".
Он помолчал, подумал, переварил мой взгляд.
Проигнорировал выход у метро "Парк культуры". И начал рассказывать всю историю с начала, за исключением части про "дай денег" и Арбат. Он успел повторить эту историю тринадцать раз. Переодически застревал. Делал паузу на пару минут, и начинал с того места, где остановился. И все с монотонностью волынки. На своей остановке я сумела выйти с трудом - он перегораживал ногами выход.

С трепетом и любопытством жду завтрашнего дня.