September 30th, 2019

6 skia

Заговор непонятных художников-евреев (и искусствоведов) как архетип

Наткнулась тут на чудесную рецензию К. Мильчина на старую советскую книгу (в прекрасной рубрике "заслуженно забытые книги" на Горьком).



«Тля» Ивана Шевцова (1949, изд. 1964)

Машков, Еременко и Окунев — художники-реалисты. Они патриоты, они любят Репина, Шишкина, Верещагина, они пишут родной пейзаж, сражения с фашистской сволочью, прием в партию колхозников, деревенскую агрономшу. Просто, понятно, для народа. Барселонский и Юлин — художники-формалисты. Они космополиты, любят Сезанна и прочих иностранцев. Они тоже пишут пейзажи, сражения с фашистской сволочью и сцены колхозного быта, но делают это без уважения. Не то, не так, не для народа.

Картины Машкова, Еременко и Окунева любят миллионы советских граждан. Едва новая картина появляется на выставке, как немедленно следует шквал писем и звонков от рабочих и колхозников. Барселонского и Юлина любят критики — Винокуров и Иванов-Петренко. Едва новая картина появляется на выставке, как немедленно появляются восторженные публикации в профильных изданиях и хвалебные статьи в энциклопедиях. Мнение народа не принципиально.
Collapse )